совместный проект

Институт Управления Социальными Процессами Государственного Университета — Высшей Школы Экономики

Факультет менеджмента Государственного университета — Высшей школы экономики

Программа поддержки гражданского общества «Диалог» АЙРЕКС

Интернет-конференции

Исследования социальной политики

Исследовательские организации

Аналитика и публицистика

Научные дискуссии

Исследования

Словарь терминов

Журналы

Книги

Каталог ссылок

Бизнес и общество

НКО в социальной политике

Деятельность

Интервью

Исследования

Спорные вопросы

Цифры и базы данных

Документы и комментарии

Изучаем зарубежный опыт

Каталог ссылок

Мониторинг государственной политики

Государственные институты социальной политики

Доклады

Комментарии и обзоры

Документы

Статистика

Каталог ссылок

Взаимодействие исследователей и НКО

Проекты

События

Деятельность в сфере здравоохранения

Деятельность в сфере жилищной политики

Деятельность в сфере образования

Эффект Тома Сойера с точки зрения Гегеля

Интервью с Даниилом Александровым

Автор: Ольга Андреева

Корреспондент отдела "Наука" журнала "Русский репортер" беседовала о природе волонтерского труда с профессором кафедры социологии Санкт-Петербургского филиала ГУ-ВШЭ Даниилом Александровым. По его мнению волонтеры - это первые ласточки гражданского общества.

Так что же такое волонтерство с точки зрения социологии?

Начнем с того, что волонтерство — это не только работа в социальных службах. Все мировые естественнонаучные музеи держатся на бесплатном труде любителей, на каждого сотрудника приходится по несколько волонтеров. В Нью-Йорке один адвокат, очень богатый человек, после работы ехал на своем лимузине в музей, где бесплатно работал лаборантом. И лимузин его несказанно раздражал ученых. Существуют большие проекты, вроде экологического мониторинга или наблюдений за звездным небом, в которых заняты тысячи волонтеров. Так открывают новые звезды.

Это традиция, вытекающая из европейского либерализма?

Нет. Есть много консерваторов, которые не будут помогать бедным, но будут спасать животных. Это традиция не политическая, а религиозная. Добрые дела, прерогатива на которые раньше была у церкви, постепенно становятся задачей всего общества. Это началось с протестантизма: у протестантов добровольчество больше развито, чем у католиков. И у православных, и у католиков есть монахи — люди, посвятившие себя богу и заботе о больных и бедных. А у протестантов ничего этого нет. И у них невозможно получить индульгенцию — каждый сам за себя отвечает. Но тогда вся тяжесть мира ложится на вас и добро выпускается из церкви в мир: каждый должен делать что-то доброе. Впрочем, люди, выпущенные в автономное плавание, могут стать и злодеями. И здесь важны культурные навыки. Привычки.

То есть волонтерство — это социальная форма борьбы с чувством вины?

Не с чувством вины, скорее, наоборот. В протестантизме есть представление, что человеку от бога предписано, кем он будет, и если он добрый и успешный — значит, его господь так отметил. Отсюда нормативное требование быть трудолюбивым, честным, добрым и так далее. Великий немецкий социолог Макс Вебер именно так объяснял связь капитализма и протестантизма.

Получается, что волонтерство — это такой экономический фактор, двигатель прогресса?

Нет, конечно. Людям нужна такая сфера деятельности, в которой они делают что-то по своей воле. На работе ведь обычно что начальник сказал, то и нужно делать. А волонтерство образует сферу, в которой человек может делать то, что он хочет, потому что ему за это не платят. В советское время за нас все решали. Сейчас выбор огромный, но сделанный даже нами самими выбор все равно нас закрепощает. Людям нужна сфера свободной самореализации. Отсутствие платы маркирует свободу.

Насколько это характерно для России?

Несколько лет назад я с удивлением увидел, что моя дочь, которой сейчас 24, вместе с друзьями ходит в центр помощи детям из неблагополучных семей, потому что считает это важным. Центр пытался платить им какие-то деньги, но они-то пришли не за этим, а чтобы свободно делать то, за что могут себя уважать. Среди образованной молодежи это — статусное действие. Сколько сейчас молодых людей стремится помогать детским домам — очереди образуются!

В Советском Союзе тоже были субботники. По идее — то же самое. Но тогда это как-то не приживалось. Почему?

Советский Союз был гибридом корпорации и пионерского лагеря. Во многом это и погубило традицию волонтерства. Но она возрождается у тех, кто субботников не нюхал. У них нет наших комплексов. У них и к государству другое отношение: они не испытывают ни животного восторга, ни ненависти. Я не уверен, что они сейчас с удовольствием пошли бы на субботник. Впрочем, скорее они сами его организуют.

Как будет развиваться идея волонтерства?

Волонтерство — это школа демократии, если хотите, школа новых отношений человека, общества и государства. У нас много мути пишется про гражданское общество. По Гегелю, гражданское общество — это сфера реализации интересов людей вне государства. И меня страшно радуют люди, которые безо всяких указаний государства занимаются проблемами уличных детей. Значит, у нас выросло поколение, которое решает делать что-то хорошее, ни у кого ничего не спрашивая. Это воспитание ответственности. Если мы сами, по своему убеждению пришли что-то делать, то надо это делать хорошо — а иначе зачем мы пришли? И еще: тут работает эффект Тома Сойера. Люди заражают друг друга энтузиазмом.

 

Источник: «Русский репортер» №29 (59), 31 июля 2008 - http://www.expert.ru/printissues/russian_reporter/2008/29/qa_aleksandrov/


Версия для печати

mail@socpolitika.ru

Создание сайтаСтудия Fractalla

Партнеры портала:
Портал ГУ-ВШЭ
Сайт программы поддержки гражданского общества «Диалог» АЙРЕКС
Агентство США по международному развитию (USAID)
LiveInternet Rambler's Top 100